Лабиринты веры  - Эллен Грин

– Меня отпустили ненадолго. Вот и хорошо, – сказала Мари, закрывая за собой дверь.

– Мари, мне нужна твоя помощь. Это важно для нас обеих.

– Звучит серьезно. Что случилось?

Я достала фотографию из сумки.

– Вот этот человек. Я нашла ее в ящике у Клэр. Дедушку Росса я узнала. – Я указала на него. – А кто вот этот мужчина? – Мой палец уперся в Мопса. – Как его зовут? Тебе известно, где он?

Мари выхватила у меня фотографию.

– Клэр оставила ее в своем столе? В самом деле?

Я кивнула:

– Мне нужно его найти.

– Зачем?

– Чтобы поговорить, – дала я расплывчатый ответ. – И всё.

Мари ошеломила меня тем, что зажала мне рот рукой. Я почувствовала на губах шершавый бинт, которым был замотан ее палец.

– Ава, ты его не знаешь. Не знаешь. Ты меня слышишь? – Живот опять скрутил спазм: от бинта пахло антисептиком, и я испугалась, что меня стошнит прямо ей в руку. Я попыталась убрать ее руку, но Мари крепко прижимала ее к моему рту. – Сначала фотография дома, где были убиты двое, потом фотография этого человека… Зачем? – прошипела она. – Почему нельзя оставить все как есть? Прекрати копаться в прошлом.

Я заломила ей мизинец и давила на него, пока она не убрала руку от моего лица. Потерла подбородок.

– Да что с тобой такое, Мари? – Я начала вставать, но она ткнула меня в плечо, вынуждая сесть. – Я просто задала вопрос, потому что мне больше не у кого спросить.

Она сверлила меня взглядом:

– Именно так. Не осталось никого, у кого можно спросить. Потому что все они мертвы. Для тебя это что-нибудь значит? Ты его видела в последнее время? Он приходил к тебе?

Я не могла смотреть ей в глаза. У меня всегда было ощущение, что Мари способна прочитать мои мысли. И понять, что я лгу.

– Нет. – Я не могла рассказать ей, что он следил за мной в тот день. Что он, вероятно, побывал у меня дома. – Нет, думаю, нет. Просто фотография знакомая. – Я попыталась встать, но у меня закружилась голова, и я села. – Я откуда-то его знаю.

– Боже мой… Да ты больна. – Она подвинула ко мне мусорную корзину. – Не блюй на пол.

Помотав головой, я прошептала:

– Мне надо идти.

– Выслушай меня, Ава. – Мари взяла меня за подбородок, как ребенка, и заглянула в глаза. – Все сильно усложнилось. Ты должна выслушать меня. Поняла? – Я кивнула. Она легонько тряхнула меня за подбородок. – Слушай. Делай, как я говорю. Хоть раз в жизни включи мозги. Мне нужно кое-что сделать, я скоро.

Она подошла к маленькому письменному столу в углу, достала мобильный телефон и нож для писем. Я успела заметить, как блеснуло лезвие, прежде чем нож исчез в складках ее юбки. Длинное. Острое.

Неожиданно меня охватила паника; ситуация выходила из-под контроля. Мне захотелось домой, проверить, проснулся ли Рассел. Лечь в свою постель, выпить воды, самой, без посторонних, все обдумать.

– Ава. – Она повернулась ко мне. – Когда ты увидела эту фотографию, какова была твоя первая мысль?

Я не сразу нашлась с ответом:

– Да я не думала, я скорее чувствовала.

– Тогда что ты почувствовала?

– Я была ошеломлена. Озадачена. Но в основном я почувствовала гнев. – Мари медленно двинулась ко мне. – Я многое помню, Мари. Хотя трудно понять, что из этого правда, а что нет. Все как в тумане. Однако этого достаточно, чтобы понять: меня младенцем никто не бросал на пороге церкви. И, возможно, этот человек…

Она подняла руку.

– Заткнись, Ава. – Я увидела выражение на ее лице и закрыла рот. Слова замерли у меня в горле. Она нависла надо мной. – Никогда не заговаривай об этом. Ни со мной, ни с ним, ни с кем-то еще.

Я наклонилась, опуская голову между колен.

– Ладно. – Мне нужно было убрать ее со своего пути. Чтобы уйти. Я чувствовала, как мой лоб покрылся испариной, а по спине заструился холодный пот. Меня чуть не вырвало ей на туфли. – У тебя из-за него какие-то проблемы? Что происходит?

– Кое-что посерьезней, чем ты думаешь. Я сейчас вернусь. Сиди здесь. – Она вышла.

Я потерла лицо в том месте, где прикасалась ее рука. Мой взгляд заметался по комнате, то и дело на несколько секунд задерживаясь на закрытой двери. «Полароид». И давно он у Мари? Если его нет в чехле, надо его найти. Я попыталась встать, но комната закачалась. Я рухнула на кровать, силясь справиться с «каруселью».

У меня не было желания оставаться здесь, лежать в этой кровати под взглядом Иисуса.

Но у меня не было выбора, я не могла поднять голову. А Мари заперла дверь, когда уходила. Так что я, по сути, оказалась в тюрьме.